(no subject)

Конечно, вся эта история о ДУШЕ, выдумка полная, доходило ведь до смешного - они пытались ее взвесить, то есть, люди, которые твердили о ее божественной сущности, о существовании каких-то неведомых сфер, тупо доставали весы, словно речь шла о килограмме сахара...

Постойте, почему тогда нельзя допустить, что у стиральной машинки есть душа, конечно, стиральная машинка не такая сложная и интересная, как мы, но она отлично стирает...

Ах да, она не может выйти замуж и рожать маленькие стиральные машинки - вот в чем дело, если бы могла и, к тому же, прилично одевалась, тогда мы бы подумали на ее счет, но в самом деле - есть множество людей в сто раз тупее стиральной машинки, тем не менее, они каким-то таинственным образом оснащены душами...

Вообще, душою у нас обладают только очень сложные и мудрые организмы - то есть, мы, все остальные имеют "душонки", все что не может разговаривать на понятном нам языке, все что не может писать на бумаге, беспробудно врать и не использует деньги - все это, с нашей точки зрения, не имеет настоящей души - организмы низшего порядка, они даже в церковь заходить не могут, да

(no subject)

Смерть Ивана Сергеевича

В понедельник Иван Сергеевич вышел из дома и умер, просто упал, ударившись коленкой, но так как был уже мертвый - ничего не почувствовал, в общем - повезло

Сначала он лежал так, все думали - пьяный, а потом какой-то человек в него палкой тыкнул, а Иван Сергеевич даже не шелохнулся.

- Дохлый! - резюмировал человек и пнул Ивана Сергеевича ногой, чтобы точно убедиться.

Приехала скорая, но зачем - непонятно, мужчина с усталыми глазами и женщина в фартуке постояли около Ивана Сергеевича, что-то написали и вызвали милицию, потом немного постояла и милиция, и уж тогда Ивана Сергеевича положили на каталку и отвезли в морг.

Разумеется, в своих мечтах Иван Сергеевич представлял все иначе, он думал, что умрет как-то интересно, но интересно не получилось, хотя оклад у него был хороший, он мог позволить себе почти все, но вот со смертью вышло как-то глупо, по обычному, хотя в подчинении Ивана Сергеевича был целый отдел, он руководил важным экономическим направлением, то есть, могли бы, конечно, устроить и что-то экстраординарное, не чтобы вот так - вышел и упал.

Впрочем, в морге он пробыл недолго, сказалось положение Ивана Сергеевича, его быстро оттуда привезли домой, положили на отличный венгерский стол из дуба и тут же начали пускать всяких людей с работы, чтобы они посмотрели, как он мертвый лежит. Многие из них вообще первый раз покойников видели, так что, все реагировали по-разному.

Многие вещи остались незавершенными, например, поставка труб с Азовпромсталь была практически сорвана, ни о какой документации на отгрузку и речи быть не могло, трудно с мертвого требовать что-либо, тем более, когда он в таком положении. Многие говорили о том, что, мол, кем заменить такого человека, как Иван Сергеевич, что таких людей сейчас и не делают, что придется идти на компромисс, брать какого-то взбалмошного юнца с сомнительным дипломом, который все поставит с ног на голову, начнет щипать сотрудниц у кофемашины и все такое, чего от Ивана Сергеевича, отличавшегося чрезвычайной сдержанностью, невозможно было ожидать, но - куда деваться...

Между тем, Иван Сергеевич просто лежал в ящике, как бы говоря всем, вот смотрите, лежу себе, попираю Ницше, всю его сранную философию, никакой я не сверхчеловек, можете потрогать меня, холодный, жесткий, завтра меня закопают, то есть, ситуация непонятная, вроде же, лежит Иван Сергеевич и просто молчит, он же не мешает, а его - в яму...

Если подумать, он может просто замер, ну не хочет разговаривать, ну сердце не бьется, и что, ну не реагирует на свет, но в конце концов, это его личное дело, реагировать на свет или нет, нельзя же всех, кто не реагирует - заколачивать в ящик...

Тем не менее, народу собралось достаточно, все ходили вокруг Ивана Сергеевича и беседовали, тут Иван Сергеевич был как розовый куст, вроде исполнял роль хозяйки бала, как будто он всех позвал посмотреть на него мертвого, чтобы все были уверены, что он точно дал дуба, что на работу он не вернется и через пару дней можно передавать дела....

(no subject)

- Одно время я хотел написать рассказ о человеке, который потерял чувства, то есть, он вообще ничего не чувствовал: ни жалости, ни сострадания, ни любви, ни страха, ни радости, - мой собеседник говоря это смотрел в окно, - Все эти эмоции ему были чужды, он просто ходил на работу, ел, гулял, потом спал, но делал это без малейшего желания, поминутно считая, что ему пора уже бы и умереть, однако, здоровье у него было хоть куда, чертовски отличное здоровье, он как-то разбежался и трахнулся башкой о стену, отвалился кусок штукатурки, только и всего, сейчас отвратительно строят...

- Не знаю, о ком вы рассказываете, - прервал его я, - Но не стоит поддаваться отчаянию, у всякого могут возникнуть глупые мысли, у меня возникает до сотни глупых мыслей в день, иногда я хочу сожрать голубя или изнасиловать почтальона, но я не бегаю каждый раз долбиться в стену, только из-за того, что я не испытываю к почтальону никаких чувств.

Разумеется, я его не понял

(no subject)

- Вы знаете, - продолжал он, - У женщин перед нами огромное преимущество - они всегда могут что-нибудь родить. Мы же должны до конца жизни оправдывать собственное существование какими-то "успехами на работе", это по-настоящему жалкое зрелище, вы не находите?

- Погодите, но разве не мы двигаем цивилизацию вперед? - возразил я, - Разве не мы осваиваем космос и придумываем все эти дурацкие миксеры, кофеварки и велосипедные тренажеры? Где было бы человечество не будь нашей природной смекалки и умения обращаться с кривошипно-шатунными механизмами? Вы только поглядите, прошло всего несколько тысяч лет, а люди уже научились убивать друг друга на огромных расстояниях! И перестаньте ржать, в конце концов, это невежливо...
377

(no subject)

В замке где я вырос служил поваром один человек из Казани он изумительно готовил рагу не знаю где он мог научиться такому рагу но он брал розмарин телячью ногу и прованского масла и из этого делал столь изумительное блюди что просто пальчики оближешь - это был высокий сухой татарин все время ходившй в камзоле он говорил что камзол ему достался от его родной тетушки что прислуживала в санкт-петербурге у старого графа после кончины которого осталось множество вещей и по счастливому стечению обстоятельств камзол достался именно ей и хотя камзол был ужасно старый весь засаленный но выглядел все равно отлично к томо же он был восхитительно зеленого цвета с такой знаете ли бирюзой в общем то превосходный камзол однако пах какой-то дрянью что-то вроде лошадиного навоза зато мы всегда знали что татарин уже проснулся и принялся за свое рагу

(no subject)

Бывало моя матушкА ругала нашу прислугу за нерасторопность - эти люди ничего толком не умели делать - прикажи им запрячь карету или вытереть пыль или перестелить ковер в гостиной как болваны тут же начинали носиться по замку издавая какие-то странные звуки и хвататься за все что ни попадя - таким образом они доводили мою бедную мать просто до белого каления - она ругала их на чем свет стоит такими словами что наш садовник затыкал уши пальцами чтобы не слышать всех этих проклятий ведь он в прошлом был священником русской православной церкви потом вдруг женился на чешской проститутке и переехал в Польшу а уж оттуда попал к нам вроде как будто по распределению - но сам то ничуть об этом не жалел и всегда говорил что лучшая часть жизни его была связана с этой проституткой что с ней он был по настоящему счастлив

(no subject)

Первый раз у меня была женщина в шестом классе. Мы стянули трусы с бельевой веревки какой-то бабы. Чистые розовые трусы - это все что у нас было, но в то время мы могли довольствоваться малым. Мы не стремились завоевать весь мир или объехать вокруг света, нам хватало самых простых вещей, мы были поколением минимализма.

(no subject)

Апрель
Психологический роман

Детство я провел большой комнате моего дяди с утра до ночи наблюдая, как огромная дядина муха ползала по занавеске. Я был заворожен этой мухой, она казалась мне самой умной мухой на свете, хотя других мух я, конечно, не знал, мне не с чем было сравнивать, знаете, это как женщины, если ты не спал со всеми женщинами в мире, как ты можешь знать что твоя - лучшая, поэтому не надо говорить...
- Сильвио! Иди жрать, придурок! - звала меня мать.
Меня часто называли придурком, так уж повелось, хотя учился я хорошо, но их даже это не успокаивало.
- Ого! Наш придурок опять справился с контрольной! - цокали они языками.
Если бы я даже стал президентом Боливии, они бы так и назвали меня придурком, такие уж у меня родители. Конечно, если бы у меня была возможность выбора я родился бы в семье алкоголиков, тогда у меня бы было две головы, ведь у алкоголиков вечно рождаются какие-то уроды, и я был бы в два раза умнее....

(no subject)

прямо на старости лет Виктор Сергеевич завел нелепый роман с бельгийкой найдя какую-то особо страшную и жирную бельгийку она писала ему совершенно бредовые письма вкладывала туда свои дурацкие бельгийские цветы душила их какой-то бельгийской дрянью и мечтала приехать к Виктору Сергеевичу в Сызрань но то ли Сызрань была слишком далеко то ли Виктор Сергеевич староват а предприятие все не складывалось и не складывалось в конце концов закончившись в общем то ерундой - у Виктора Сергеевича обнаружили шишку на ноге долго пытались понять что за шишка тыкали в нее инструментами а когда шишка исчезла прошли и чувства как будто вся любовь Виктора Сергеевича и была в этой глупой шишке

(no subject)

мы уже почти дошли до Пятницкой когда она вдруг остановилась села и пописила
изумлению моему не было предела
- сударыня! - поднял я цилиндр, - как изволите это понимать?
- по разному изволю, - засмеялась она натягивая трусы, - слышали о кларе цеткин?
- чрезвычайно мало, - ответил я
- это была первая женщина-коммунист, мечтала о советской Германии в составе лесбийских пар... ну вы я вижу устали? пойдемте домой, я вам постелю... я очень люблю ухаживать за мужчинами, они похожи на огромные мягкие игрушки, которые бегают по квартире и матерятся...